Кто открыл прививки: Эдвард Дженнер – создатель вакцины против оспы

Эдвард Дженнер – создатель вакцины против оспы


17 мая 1749 года родился Эдвард Дженнер – английский врач, разработавший способ вакцинации против натуральной оспы с использованием коровьей оспы.


Эдвард Дженнер родился в городе Беркли графства Глочестер в Англии. Он был третьим сыном в семье состоятельного викария. Начальное образование он получил в приходской школе. Затем изучал хирургию в Седбери, а в 20 лет отправился к своему земляку в Лондон изучать медицину под руководством Джона Хантера – основателя научной школы, одного из основоположников экспериментальной патологии и анатомо-физиологического направления в хирургии. По словам историков, никто из современников не мог сравниться с Хантером по уровню медицинских познаний.


В 1796 году Дженнеру удалось выяснить, что у доярок, переболевших коровьей оспой, выработался иммунитет к оспе натуральной. Дженнер взял содержимое нескольких пустул, которые появились на руках у крестьянки Сары Нелмс, и втер его в царапину юному Джеймсу Фиппсу. Ребенок почувствовал легкое недомогание, но через несколько дней оно прошло, а привитая через полтора месяца натуральная оспа не прижилась. Отрицательный результат дали и следующие прививки: через несколько месяцев и через несколько лет. После ряда экспериментов ученый опубликовал результаты исследования и выразил надежду, что вакцинация раз и навсегда поможет уничтожить болезнь.


Проведенные опыты не убедили научное сообщество того времени: в 1798-м году Лондонское королевское общество отнеслось с сомнением к результатам и отказалось опубликовать его труд. Врач напечатал брошюру «Исследование причин и действие коровьей оспы» за свой счет.


 «Отступление человека от образа жизни, предначертанного ему природой, явилось для него причиной множества болезней. Обожая блеск, потакая своему желанию роскоши, и любя развлечения, он окружил себя великим числом животных, которые, возможно, не были изначально предназначены быть ему товарищами… Корова, свинья, овца и лошадь — все они, ради различных целей, находятся под его опекой и покровительством… Не разумно ли будет предположить, что источник оспы есть заразительная материя особого рода, произошедшая от болезни лошади, и что случайные обстоятельства, снова и снова возникавшие, изменили эту болезнь так, что она обрела ту заразную и злокачественную форму, которую мы обычно видим при опустошениях среди нас?», – писал Дженнер в своей брошюре об оспе.


Лишь в 1800-м году Дженнеру удалось добиться признания его трудов. Вакцинация от оспы была признана обязательной в английской армии и на флоте. Позже вакцинация распространилась и на английские колонии, а затем на Северную Америку и Европу. В 1802-м году британский парламент признал заслуги Дженнера и наградил его премией в 10 000 фунтов стерлингов, а в 1807 году назначил повторную премию в 20 000 фунтов.


Окончательно расправиться с оспой удалось в 1978 году. Эдвард Дженнер внес большой вклад не только в борьбу с оспой, но стал пионером такого важного явления, как вакцинация. 

История вакцинации. — БУ «Канашский ММЦ» Минздрава Чувашии

Инфекционные заболевания сопутствовали человечеству на протяжении всей истории. Ужасающие эпидемии  нередко опустошали целые страны. Всем известны описания эпидемий чумы. Но это было  еще не самое страшное. Оспы боялись больше. Ужасен  был сам вид больного: все тело покрывалось пузырьками  пустулами, которые оставляли после себя, если человеку  суждено было выжить, обезображивающие рубцы. Ее жертвами стали королева Англии Мария II, император Австрии  Иосиф I, юный император России Петр II, пожилой король  Франции Людовик XV, курфюрст Баварии Максимилиан  III. Переболели оспой и на всю жизнь сохранили ее следы  английская королева Елизавета I, французский политик  граф О. Мирабо, австрийский композитор В. Моцарт, русский поэт и переводчик Н. Гнедич. Очень опасной болезнью была корь. В 1874 г. в Лондоне эпидемия кори унесла больше жизней, чем предшествующая ей эпидемия оспы. В королевстве Дания в 1846 г. от  кори вымерло почти все население Фарерских островов. Громадные размеры иногда принимали эпидемии дифтерии. Так в эпидемию 1879–1881 гг. в некоторых уездах России от нее погибло до 2/3 всех детей сельского населения. Еще совсем недавно десятки тысяч людей  ежегодно убивал и калечил полиомиелит, приковавший к  инвалидной коляске президента США Ф. Рузвельта. Туберкулез был, главным образом, болезнью молодых. Среди них  замечательная актриса В. Асенкова, поэты А. Кольцов, С. Надсон, И. Такубоку, Д. Китс,  художники М. Башкирцева, Ф. Васильев. Им болели известные политики: Наполеон II, С. Боливар, Э. Джексон  и великие люди искусства: Ж. Мольер, О. Бальзак, К. Аксаков, А. Чехов, Ф. Шопен. 

Такое плачевное положение заставляло чрезвычайно  ценить те немногие достоверно известные факты, которые каким-либо образом позволяли защитить человека от  опасного заболевания. Было замечено, что человек, переболевший оспой, не заболевает ею повторно.  В связи с этим возникла  мысль об искусственном заражении человека легкой формой оспы для защиты его от смертельного заболевания в  дальнейшем. Эта идея была реализована еще за тысячу лет  до Рождества Христова: в древнем Китае врачи вдували в  нос человеку растертые в порошок высушенные оспенные  корочки. Подобные приемы использовались в древней  Индии, Иране, в Африке, на Кавказе и в других регионах. Эти методики получили название «вариоляция», от слова  «вариола» (оспа), или «инокуляция», от слова «инокуляцио» (прививка).

Достоянием науки вариоляция стала благодаря Мэри  Монтегю, жене английского посланника в Константинополе. Ознакомившись в 1717 г. с методикой проведения вариоляции в Турции, она сделала «прививки» своим детям, а  позднее организовала их проведение при английском королевском дворе. В России одна из первых таких прививок была  сделана в 1786 г. императрице Екатерине II, после чего вариоляция получила широкое распространение в нашей  стране, в первую очередь среди знати. Однако данный метод был достаточно опасен: после такой «прививки» могла  развиться тяжелая форма оспы.

Следующий шаг в развитии иммунопрофилактики сделал сельский хирург из Англии Эдвард Дженнер. В течение  двадцати лет он собирал сведения о случаях заражения так  называемой «коровьей оспой» и установил, что переболевшие ею не заболевают натуральной оспой. В 1796 г. Дженнер впервые привил восьмилетнего мальчика содержимым  пустулы, взятым от заболевшей коровьей оспой доярки. Мальчик легко перенес прививку и последующее заражение натуральной оспой не привело к заболеванию. Через  2 года Дженнер опубликовал результаты своих наблюдений, которые привлекли большое внимание врачей. После того, как методика Дженнера многократно подтвердила  свою эффективность и безопасность, она получила всеобщее признание. Предложенный метод был назван «вакцинацией» — от слова «вакка» (корова).

В России первая вакцинация была проведена по желанию императрицы Марии Федоровны в 1801 г. знаменитым московским врачом Е.О. Мухиным. Мальчик, которому была сделана прививка, получил дворянство и  новую фамилию — Вакцинов. Особенностью организации  вакцинопрофилактики в России было активное участие  священнослужителей. Понимая высокий авторитет Православной Церкви и ту роль, которую она может сыграть в  сохранении здоровья народа, Святейший Синод в 1804 г. своим указом предложил всем архиереям и священникам  разъяснять пользу вакцинации [священник Сергий Филимонов, 2007]. Прививание оспы входило в программу обучения будущих священнослужителей. В житии святителя  Иннокентия (Вениаминова), митрополита Московского и  Коломенского (†1879), апостола Сибири и Америки, рассказывается, как благодаря оспопрививанию была открыта возможность для распространения христианской веры  на отдаленной окраине Российской Империи — Аляске. В  1811 г. было издано «Пастырское увещание о прививании  предохранительной коровьей оспы», написанное Вологодским епископом Евгением (Болховитиновым), замечательным ученым, членом многих научных обществ. Великий русский хирург В.Ф. Войно-Ясенецкий (†1961), в  последующем — архиепископ Симферопольский и Крымский Лука, когда работал земским врачом, лично проводил оспопрививание и негодовал по поводу действий противников вакцинации.

Успех вакцинации против оспы способствовал тому,  что ученые многих стран начали работать над созданием вакцин против других опасных инфекций. В середине  ХIХ века французский ученый Луи Пастер открыл способ  «аттенуации» (ослабления) болезнетворных микроорганизмов путем многократных заражений (пассажей) малочувствительных к инфекции животных. В 1885 г. под его  руководством создана вакцина против бешенства. Наш соотечественник В.А. Хавкин в конце XIX века создал вакцины против холеры и чумы. В 1914 г. А. Кальметт и К. Герен разработали вакцину против туберкулеза (БЦЖ). В  1923 г. французский ученый Г. Рамон разработал способ  получения анатоксинов (обезвреженных токсинов бактерий), что позволило создать прививки против дифтерии,  столбняка и других заболеваний.

В ХХ веке наша страна не смогла в полной мере реализовать свои научные возможности в области вакцинопрофилактики — революционные потрясения затормозили  развитие отечественной науки. Многие микробиологи и  иммунологи были репрессированы, часть из них погибла. Тем не менее, российские ученые внесли большой вклад  в развитие иммунопрофилактики. Навсегда останутся в  истории имена наших великих соотечественников, работавших в области вакцинопрофилактики в России: Н.Ф. Гамалея разработал систему мер по борьбе с оспой, сделавшую возможной ее искоренение, Л. А. Тарасевич организовал введение прививки БЦЖ и создал первую лабораторию контроля качества вакцин, С.В. Коршун создал  вакцины против дифтерии и скарлатины, П.Ф. Здродовский организовал первые массовые прививки, М.П. Чумаков создал вакцину против полиомиелита, А.А. Смородинцев — вакцины против ряда вирусных заболеваний.

Благодаря успехам медицины, в том числе и иммунопрофилактики, значительно сократилась детская смертность и увеличилась продолжительность жизни. Вакцинация позволила полностью ликвидировать некогда  грозную оспу, ликвидировать в большинстве стран полиомиелит, сократить заболеваемость корью. Редкостью стали тяжелые  формы заболевания коклюшем и дифтерией. Большую  роль вакцинация сыграла в снижении детской смертности от туберкулеза. В настоящее время перед учеными  стоят важные задачи: совершенствование безопасности  существующих вакцин, в частности, создание препаратов без использования консервантов, создание комбинированных вакцин, позволяющих делать прививки против  нескольких инфекций одновременно, создание вакцин  против ВИЧ-инфекции, вирусного гепатита С, стрептококковой инфекции и других заболеваний. Будем надеяться, что современные ученые будут достойны своих великих предшественников.

Кто открыл первую вакцину?

Backchannel

Пока мир пытается разработать прививку против Covid-19, стоит понять раннюю и необычную историю метода.

Эдвард Дженнер использует коровью оспу для вакцинации ребенка от оспы. Он совершенствовал метод, использованный Томасом Димсдейлом почти 30 лет назад для вакцинации Екатерины Великой. WELLCOME IMAGES/Science Source

Английский врач Томас Димсдейл нервничал.

Был вечер 12 октября 1768 года, и Димсдейл готовил императрицу России Екатерину Великую к процедуре. С технической точки зрения то, что он планировал, было простым, обоснованным с медицинской точки зрения и минимально инвазивным. Кэтрин потребовалось всего два или три небольших разреза на руке. Тем не менее, у Димсдейла были веские основания для беспокойства, потому что в эти ломтики он втирал несколько струпных струпьев, кишащих натуральной оспы — вирус, ответственный за оспу и смерть почти трети заразившихся. Хотя он заразил Кэтрин по ее приказу, Димсдейл был настолько обеспокоен исходом, что тайно организовал дилижанс, чтобы вывезти его из Санкт-Петербурга, если его процедура пойдет наперекосяк.

То, что планировал Димсдейл, иначе называют вариоляцией или прививкой, и, хотя это было опасно, тем не менее, оно представляло собой вершину медицинских достижений того времени. При вариоляции врач переносил пустулы оспы от больного пациента к здоровому, потому что — по причинам, которые в то время никто не понимал, — у больного вариолой обычно развивалась только легкая форма оспы, но при этом приобретался пожизненный иммунитет.

Двадцать восемь лет спустя Эдвард Дженнер усовершенствовал эту протовакцину, когда обнаружил, что может использовать более безопасный родственный вирус натуральной оспы, называемый коровьей оспой, для прививки своим пациентам. Но именно исходная вариоляция, а не вакцина Дженнера, впервые установила эффективность безумной и в то время смехотворно опасной идеи, на которой основаны почти все вакцины: преднамеренное заражение здорового человека ослабленным патогеном для передачи иммунитета.

Современные иммунологи продвинули эту жизненно важную концепцию до такой степени, что если они найдут вакцину от Covid-19, это не будет представлять никакого риска широко распространенной инфекции. Современные инокуляты вызывают выработку антител, но не способны к крупномасштабному размножению. Но это было не так, когда они были впервые обнаружены. Когда Димсдейл изменил Кэтрин, его процесс просто дал преимущество ее иммунной системе. Он знал, что она заболеет.

К настоящему времени мы настолько знакомы с концепцией спасения жизней, лежащей в основе вакцин, что легко забыть, насколько безумными, гениальными и неэтичными должны были быть эти первые прививки. Даже Димсдейл, проделавший эту процедуру тысячи раз, явно скептически относился к тому, что он сможет выпутаться из петли, если вариоляция Кэтрин закончится плохо.

И все же идея намеренно заразить пациента смертельным вирусом, чтобы помочь ему, впервые пришла кому-то в голову — и это была, пожалуй, величайшая идея в истории медицины.

Это была не идея Дженнера и не Димсдейла. Но, возможно, это был один человек. Примечательно, что вариоляция не могла быть обнаружена независимо. Вместо этого самые ранние документы предполагают, что он зародился в Китае — вероятно, в юго-западных провинциях Аньхой или Цзянси — до того, как распространился по всему миру каскадной серией интродукций.

Китайские купцы привезли вариоляцию в Индию и принесли знания об этой практике в Африку, где она получила широкое распространение. В 1721 году порабощенный африканец по имени Онисим, который, возможно, родился в Западной Африке, хотя точно неизвестно, где именно, в детстве подвергся вариоляции, прежде чем работорговцы привезли его в Бостон. Оказавшись в Новой Англии, Онисимус научил своего поработителя Коттона Мэзера этой практике, и Мазер успешно убедил американских врачей в ее эффективности.

Самые популярные

Наконец, китайские торговцы, путешествующие по Шелковому пути, привезли прививку в Турцию, где европейские послы 18-го века изучили эту технику и забрали ее домой. Эта каскадная серия интродукций в сочетании со временем и путями распространения вариоляции предполагает, что идея возникла в одном месте и в одно время. Возможно от одного человека.

Согласно одной легенде, изложенной в книге Ю Тхиен-чжи Собрание комментариев по оспе, , написанное в 1727 году, первым прививком был «эксцентричный и экстраординарный человек, который сам получил его от адептов алхимии».

Кто был этот «эксцентричный и экстраординарный человек», который изобрел иммунологию с одной из величайших идей и самых смелых экспериментов в истории медицины?

Его или ее имя не только давно утеряно, но и, вероятно, никогда не было написано. Однако легенды и древние китайские медицинские трактаты позволяют составить правдоподобную биографию того, кого я назову просто «необыкновенным человеком» по легенде о Тхиен-чжи, или сокращенно «Х». 9По словам биохимика и историка Джозефа Нидхэма, 0003

X, возможно, был целителем, путешественником и человеком, который верил в методы, выходящие за рамки мейнстрима современной китайской медицины. К тому времени, когда «он» (если понимать легенду о Тиен-чжи буквально) практиковал, традиционная китайская медицина прочно базировалась на аптеках, физиотерапии и рациональных методах. Но X существовал на грани этого, смешивая традиционные медицинские методы с магией.

Возможно, он был тем, кого в то время называли fangshi, пишет Чиа-Фэн Чанг в Аспекты оспы и ее значение в истории Китая . Но фангши — это слово, которое в некотором роде не поддается переводу, потому что сравнительные английские слова, такие как экзорцист или прорицатель , вызывают в памяти более гнусных личностей, чем он, вероятно, был. Вместо этого он был странствующим целителем, который, безусловно, верил в магию, но также проповедовал практические медицинские идеалы, такие как гигиена и здоровое питание.

X вряд ли получил какое-либо формальное медицинское образование. Вместо этого он узнавал свои секреты и практики от родственников или мастеров. Вероятно, он был неграмотным или почти неграмотным, и, таким образом, изучал и преподавал свои техники исключительно через устную традицию. Это отчасти объясняет, почему его имя не столько потеряно, сколько никогда не было записано, но даже если бы он мог задокументировать свои открытия, он вряд ли сделал бы это. Традиционно фанши, такие как X, держали свои практики и методы в секрете от всех, кроме нескольких учеников. Вариацией могло быть то, что называлось подбородочный клык — или «запрещенный рецепт», — пишет Нидхэм в «Наука и цивилизация в Китае ». Чинфанг были «конфиденциальными лекарствами, которые передавались от мастера к ученику, иногда запечатанными кровью».

В некотором смысле X мало чем отличался от современного западного мага. Его секреты были его средством к существованию. Раскрытие их может разрушить магию, но это определенно повредит будущему бизнесу.

Традиция секретности фанши наряду с многочисленными легендами, окружающими прививку, вызвала интенсивные научные споры о том, когда именно началась вариоляция.

Самые ранние письменные свидетельства прививки относятся к середине 16-го века. Медицинский трактат, написанный в 1549 году под названием О кори и оспе врачом Ван Чхуаном, описывает «пересадку оспы» здоровым пациентам. Но прививка, вероятно, началась по крайней мере за несколько поколений до того, как Чхуан упомянул о ней, потому что он отмечает, что эта практика может вызвать менструацию. Знание этого довольно специфического побочного эффекта предполагает, что целители практиковали эту процедуру в течение некоторого времени.

Самые популярные

Но насколько раньше это вопрос спорный. Если серьезно отнестись к легендам, окружающим вариоляцию, то практика началась еще в 11 веке. В одном из самых популярных рассказов, задокументированных в «Золотом зеркале медицинского православия», , написанном в 1749 году, отшельник, живший на священной горе в китайской провинции Сычуань, изобрел вариоляцию на рубеже первого тысячелетия. Согласно этой легенде, целитель внял мольбам премьер-министра Ван Таня и спустился с горы, чтобы спасти семью министра от оспы.

Тем не менее, многие ученые с подозрением относятся к этой и подобным историям. Почему не существует современных отчетов о таком замечательном событии, как прививка этому премьер-министру? И почему нет свидетельств более чем 500-летнего существования такой революционной и эффективной практики, когда существуют многочисленные, гораздо более старые письменные документы, касающиеся лечения самой оспы?

Масса свидетельств и внезапный поток документации позволяют предположить, что эта практика впервые возникла в конце 15 или начале 16 века, незадолго до ее появления в медицинских текстах. По всей вероятности, Х сделал вариоляцию своему первому пациенту примерно в то же время, когда Христофор Колумб высадился в Новом Свете.

Но вместо того, чтобы скрывать происхождение вариоляции, само существование легенд может быть доказательством. Если бы первые практикующие существовали вне мейнстрима медицины, их первые пациенты с большим подозрением относились бы к радикальной технике. У них было бы оправданное нежелание намеренно заражать себя или своих детей вирусом натуральной оспы . Итак, как и любой хороший путешествующий целитель, первые практикующие сочиняли истории, чтобы добавить достоверности процедуре. Это были «легенды, оправдывающие его происхождение и назначение», — пишет Чанг. Как известно любому хорошему продавцу, никто не продает свой эликсир, говоря, что он придумал рецепт. «Вариоляция потребовала много усилий и времени, чтобы завоевать доверие и поддержку и стать популярной», — пишет мне Чанг. Частью этих усилий по завоеванию доверия были мифы о его изобретении. Если пациент верил, что загадочное лекарство было создано эксцентричным целителем, который много веков назад жил на священной горе, он с большей вероятностью попробовал его. Это не обязательно было мошенничество. Это был просто хороший бизнес.

Но даже если легенды верны, и X жил на тысячи лет раньше, чем считают ученые, ему все же пришлось изобрести вариоляцию. К сожалению, как именно он это сделал, так же утеряно, как и его имя.

«Что заставило их попробовать такую ​​странную штуку, как вариоляция? К сожалению, у нас нет четкой истории происхождения, такой как история о Дженнер», — пишет мне по электронной почте Хилари Смит, автор книги «Забытая болезнь: болезни, преобразованные в китайской медицине ».

Но мы знаем многие традиционные китайские лекарства, которые практиковал бы такой целитель, как X, которые в сочетании с тем, что он знал об оспе, могли привести его к замечательному заключению.

Оспа впервые проникла в Китай после кампаний генерала Ма Юаня по завоеванию территории, которая сейчас называется Вьетнамом, в 42 г. н.э., по словам философа третьего века Ко Хунга. В 340 г. н.э. Хун писал, что армия Юаня заразилась этой болезнью во время нападения на «мародеров» и принесла ее домой, поэтому китайцы называли оспу «оспой мародеров». (Почти во всех языках первоначальный термин для обозначения оспы часто представляет собой некоторую форму «болезни иностранца».)0037

  • Последовавшая за этим эпидемия поразила Китай. Оспа настолько всесторонне убивала или иммунизировала население, что по прошествии столетий средний возраст инфицированного человека начал снижаться. К 1000 году оспа настолько поразила страну, что у детей осталась только наивная иммунная система, способная атаковать. Все остальные были либо мертвы, либо привиты.

    Заболевание стало настолько эндемичным, что китайские врачи рассматривали его распространение как неизбежность. Они считали, что болезнь — это проход, через который в конечном итоге должны пройти все дети, и называли оспу «воротами людей или призраков». При уровне смертности не менее 30 процентов вспышки приводили к трагическим результатам. За одно пекинское лето 1763 года от оспы погибло более 17 000 детей.

    Неизбежность оспы в сочетании с ее предрасположенностью к детям заставила многих поверить в то, что эта болезнь является своего рода первородным грехом. На рубеже первого тысячелетия врачи были убеждены, что оспа вызывается неким «эмбриональным токсином», который, подобно половой зрелости, вырывается наружу в какой-то неопределенный момент в первые годы жизни ребенка. Пытаясь удалить этот токсин, врачи проводили обширную «чистку рта и грязи» у новорожденных.

    В то же время целители, подобные X, должны были понимать, что болезнь может передаваться от человека к человеку и ее нельзя заразить дважды. Те, кто не подхватил болезнь («сырые тела», как называли их маньчжуры), бежали, когда случались вспышки, а выжившие («сваренные тела») ухаживали за больными. Еще в 320 г. н.э. Хунг писал об оспе: «Тот, кто знает об оспе, может благополучно пережить самые страшные эпидемии и даже делить постель с больным человеком, не заразившись».

    Понимание этих двух концепций лежит в основе принципов прививки, но они не были уникальными для Китая. Так что, возможно, X помогали верования, характерные для традиционной китайской медицины.

    Одна древняя китайская медицинская техника, которую X, возможно, практиковал, называлась « yi tu kung tu» или «борьба с ядом с помощью яда». На протяжении веков медицинские целители в Китае смешивали отвары известных ядов, таких как камптотецин и барвинок, для борьбы с раком, поэтому идея использования смертоносного вещества в качестве лекарства, возможно, не была столь чужда X, как это было бы в других культурах.

    Конечно, есть существенная разница между ядовитыми чаями, назначаемыми больным, и введением летального возбудителя совершенно здоровому человеку. И все же это также соответствовало китайской традиционной медицине, которая в значительной степени сосредоточилась на профилактической помощи, в отличие от западных врачей того времени, которые делали акцент на реактивном лечении.

    Возможно, мы никогда не узнаем точно, что побудило или вдохновило первые прививки, но если Х знал о передаче от человека к человеку, знал, что человек может заразиться только один раз, знал, что ребенок почти неизбежно заразится естественным путем, верил в эффективность ядовитых лекарств и отдавал предпочтение профилактическому лечению — тогда была подготовлена ​​почва для пристального наблюдения.

    Возможно, Х наблюдал, как братья и сестры передавали особенно легкий случай оспы, и предложил паре отчаянно обеспокоенных родителей, чтобы вместо того, чтобы бежать от неизбежного, они боролись с ядом с помощью яда и проводили своего ребенка через врата людей и призраков с помощью этого, по-видимому, более легкая форма.

    Самое популярное

    По крайней мере, X может так себе это представить. Но, как и любой хороший путешествующий прорицатель, этот целитель преподнес свою историю, чтобы убедить пару невероятно скептически настроенных родителей. По словам Нидхэма, самым ранним методом вариоляции было простое ношение бывшей в употреблении одежды пациента, инфицированного оспой. Но X не стал бы просто отдавать старую одежду своему пациенту. Вместо этого ранние целители проводили эффектные прививки в благоприятные даты. Они зажигали благовония, сжигали деньги, читали заклинания и призывали богов и богинь, ответственных за оспу, защитить ребенка. Потом вручили им одежду — и стали ждать.

    Если бы первый пациент Х перенес типичную прививку, то к пятому дню у ребенка развилась бы лихорадка и образовались гнойные очаги в виде луковиц. Но вместо листков черных пустул, которые развиваются в летальном случае, у пациента X вырастет лишь небольшое количество более мелких и более светлых оспы. Как только Х заметил эту меньшую оспу, они знали, что у ребенка будет только легкая форма болезни. Они бы знали, что этот безрассудный эксперимент сработал удивительно — ошеломляюще.

    Очевидный вопрос, конечно, почему? Почему у ребенка был легкий случай, а не летальный? Почему вариоляция является более безопасным средством заражения оспой? У Х наверняка было бы объяснение, но вряд ли оно было правильным.

    Фактический ответ получен благодаря тому, что эпидемиологи называют кривой доза-реакция.

    Кривая доза-реакция представляет собой зависимость между тяжестью заболевания и величиной начальной дозы. Это отличается от «минимальной инфекционной дозы», которая измеряет наименьшее количество вирусных частиц, которые вы можете получить, прежде чем вы, вероятно, заразитесь. При натуральной оспе минимальная инфекционная доза составляет где-то около 50 вирусных частиц, также называемых вирионами, что звучит много, но 3 миллиона могут уместиться на булавочной головке. По словам Рэйчел Джонс, профессора здравоохранения и естественных наук в Университете Юты, один вирион теоретически может заразить вас, но это маловероятно. По ее словам, заразная доза натуральной оспы немного напоминает игру в русскую рулетку: больше вирионов — больше пуль.

    Но, при прочих равных условиях, чем больше вирионов, тем больше опасность. И это отношение пытается изобразить кривая доза-реакция.

    К сожалению, зависимость доза-реакция невероятно трудно установить вне клинических условий. Почти невозможно воссоздать дозу, которую человек получил естественным путем, поэтому для количественной оценки зависимости доза-реакция необходимо намеренно заразить группу пациентов измеренным количеством данного патогена. Это проблематично, особенно в случае таких опасных инфекционных заболеваний, как оспа.

    Очевидно, что вы не можете заразить людей увеличивающимся количеством вируса натуральной оспы и измерить их реакцию, но исследование на мышах показало, что, вероятно, существует корреляция между инфекционной дозой вируса и степенью его тяжести. Небольшие количества натуральной оспы, введенные мышам, оставляли их в легкой форме или бессимптомными, в то время как самые большие дозы приводили к летальному исходу.

    Трудно точно установить кривые доза-реакция, но данные свидетельствуют о том, что чем больше заражающая доза натуральной оспы, тем хуже прогноз для пациента. Марк Никас, почетный профессор Калифорнийского университета в Беркли, который исследует воздействие патогенов и оценку риска, говорит мне, что связь между размером начальной дозы и тяжестью исхода, вероятно, верна для всех патогенов.

    Наиболее популярные

    Кривая доза-реакция натуральной оспы, вероятно, объясняет, почему у пациента Х была легкая форма заболевания и почему вариоляция сработала. Выбирая одежду для пациента, заболевшего в легкой форме, X неосознанно воспользовался двумя основными принципами натуральной оспы: во-первых, пациенты с более легкими случаями выделяют меньше вирионов в пустулах; во-вторых, когда одежда села, многие из этих вирионов погибли бы. В результате пациент X был бы первоначально инфицирован меньшей дозой, чем он мог бы заразиться естественным путем. Доза была бы достаточной, чтобы вызвать инфекцию и вызвать выработку антител, но достаточно низкой, чтобы значительно снизить риск смерти.

    Вариоляция была уравновешиванием: слишком мощная доза — и пациент заразится опасным случаем; слишком мало, и они не будут производить антитела. По мере накопления опыта инокуляторы усовершенствовали процедуру, чтобы вызвать более легкие инфекции, но даже самые ранние инокуляторы сообщают о смертности от 2 до 3 процентов по сравнению с естественным уровнем в 30 процентов. Самые старые инструкции по вариоляции предлагают выбирать пустулы только из самых легких случаев оспы и предписывают правильный метод хранения и старения струпьев. Используя эти простые процессы, инокуляторы неосознанно выполняли самые ранние ослабления вируса. Ко времени операции Димсдейла менее 1 из 600 пациентов умерли от оспы оспы.

    В конце концов, Димсдейл не должен был беспокоиться. Кэтрин заболела лишь в легкой форме, и его машина для побега стояла неиспользованной на подъездной дорожке. Вариоляция была настолько успешной, что Димсдейл позже сказал, что ему пришлось использовать микроскоп, чтобы увидеть пустулы, образовавшиеся вокруг ее пореза. В письме Вольтеру Екатерина писала, что «гора родила мышь» и что антипрививочники ее эпохи были «настоящими болванами, невежественными или просто злыми».

    Спустя три десятилетия после прививки Кэтрин Дженнер обнаружил и популяризировал пустулы коровьей оспы как замену оспе. Его процедура привела к еще более безопасным прививкам, и Дженнер назвал свой метод вакцинацией. Когда Луи Пастер обнаружил, что может аттенуировать и прививать другие патогены, такие как сибирская язва и бешенство, имя Дженнера прижилось.

    Несмотря на то, что иммунологи развили свои методы, принцип, лежащий в основе вакцин, в значительной степени остался прежним с тех пор, как верящий в магию X впервые открыл его.

    Кажется удивительным, что один из самых гениальных источников вдохновения в медицине возник у человека, который так слабо связывал свои убеждения с научной медициной. Как пишет Нидхэм, «остается парадоксальным, что прививка возникла среди экзорцистов».

    Но, возможно, идея преднамеренно заразить кого-то одной из самых смертоносных инфекционных болезней человечества была настолько возмутительно опасной, что вариоляция могла быть придумана и популяризирована только кем-то, кто не является мейнстримом медицины. Возможно, это мог сделать только наблюдательный верующий, который мог бы рассказать великую историю.

    Обновлено 16.06.20, 15:30 по восточному стандартному времени: история была обновлена, чтобы отметить, что порабощенный африканец по имени Онисимус научил своего поработителя Коттона Мэзера практике вариоляции.


    Еще больше замечательных историй WIRED

    • Во время карантина Google Maps дает моему сыну выход
    • Как китайский гигант искусственного интеллекта упростил общение и наблюдение
    • Конец рукопожатий — для людей и роботов
    • Первый выстрел: внутри ускоренного пути вакцины против Covid
    • Политика подсчета вот-вот взорвется
    • 👁 Что такое интеллект ? Плюс: получайте последние новости об искусственном интеллекте
    • 📱 Разрываетесь между последними телефонами? Не бойтесь — ознакомьтесь с нашим руководством по покупке iPhone и любимыми телефонами Android

    Коди Кэссиди — соавтор научно-популярной книги  And Then You’re Dead , которая была переведена более чем на десять языков, а также бывший книжный магазин. служащий в Буэнос-Айресе. Его новой книге Кто съел первую устрицу?  

    Topicslongreadsmedicinehealth

    Еще от WIRED

    Дженнер и открытие вакцинации

    Когда-то было телешоу о науке и здоровье, которое транслировалось в Испании почти все десятилетие 1980-х, и, более того, оно совершило еще один подвиг: оно удалось заставить многих испанцев серьезно относиться к своему здоровью и немного лучше следить за собой. Хотя идея предотвращать, а не лечить болезнь , пришла из традиционной китайской медицины, первым, кто использовал науку для этого, был английский врач Эдвард Дженнер (17 мая 1749 г.).–26 января 1823 г.), который в 1796 г. разработал первую в истории вакцину. Он доказал свой успех спорным экспериментом, в ходе которого он ввел Джеймсу Фиппсу, восьмилетнему мальчику (сыну садовника Дженнера), гной больного оспой.

    В то время оспа свирепствовала в Европе, ежегодно убивая около 400 000 человек. Он охотился в основном на детей, но не уважал людей. Каждый третий из пострадавших умер, как король Франции Людовик XV, а многие выжившие остались слепыми или покрытыми шрамами, как Джордж Вашингтон, первый президент Соединенных Штатов, — шрамы, оставленные множеством заполненных гноем шишек после их высыхания. Но Народные предания гласили, что доярки невосприимчивы к болезни , как и люди, которые уже страдали от нее раньше. В те дни, когда был широко распространен страх быть обезображенными оспой, гладкие безупречные лица доярок без шрамов превратили их в эротический миф, и они даже были главными героями популярных пьес.

    От уловки кукушки до тайны доярок

    В детстве Дженнер страстно любил наблюдать за природой. Его первым научным достижением было открытие того, как кукушка может воспитывать своих птенцов от птиц других видов. Он также был одним из первых, кто изучал миграцию птиц и путешествовал на воздушном шаре, который построил сам. Он также был поэтом, музыкантом и охотником за окаменелостями динозавров. С таким резюме капитан Кук поспешил предложить ему должность натуралиста во второй экспедиции, но, к счастью для человечества, Дженнер отказался от этой работы, сосредоточился на учебе и вернулся в свою деревню семейным врачом. Затем он столкнулся с делом доярок.

    Портрет Эдварда Дженнера, написанный Джоном Рафаэлем Смитом в 1800 году. Источник: Wellcome Images

    Он заметил, что те, кто доил коров, заразились коровьей оспой , гораздо более легким вариантом ; на руках у них было всего несколько гнойничков, которые зажили за несколько недель. После этого они стали фактически защищены от оспы человека. Дженнер сложил все воедино, и 14 мая 1796 года он был достаточно уверен в своей теории, чтобы ввести ребенку материал из болячки коровьей оспы на руке доярки. После того, как молодой Джеймс вылечился от коровьей оспы, Дженнер снова ввел ему, но на этот раз более опасную человеческую оспу. У мальчика не было симптомов страшной болезни; он был иммунизирован.

    Неповторимый сегодня эксперимент

    Несмотря на успех, Дженнер хотела повторить эксперимент. Ему пришлось ждать два года, пока он не обнаружил еще один случай коровьей оспы, и только тогда он опубликовал результаты своих анализов, эквивалентные сегодняшним клиническим испытаниям. Он является примером научной настойчивости и метода, но также и дерзости, из-за которой 220 лет назад его считали сумасшедшим, а сегодня он оказался бы за решеткой за эксперименты над ребенком. Однако Дженнер не был безрассудным гением, который придумал вакцинацию в «момент Эврики». В его время уже практиковалась вариоляция, или прививка струпьев или гноя оспы здоровым людям, чтобы защитить их от того, что тогда было ужасной чумой. Иногда вариоляция срабатывала, но в других случаях исход был фатальным.

    Другие врачи даже придумали идею вакцины раньше, но Дженнер провел первое масштабное исследование вакцины, доказал ее эффективность с помощью научных данных и разработал первую стратегию вакцинации . Он научился побеждать оспу еще до ее прибытия , и новости об этом распространились по всему миру вместе с первыми кампаниями вакцинации в истории. Смертность быстро снизилась, и он завоевал уважение даже врагов Англии: Наполеон зашел так далеко, что освободил двух военнопленных только потому, что Дженнер попросил его сделать это.

  • About admin